Адъютанты любви

мы не лечим болезнь, мы делаем ее приятной
Текущее время: 22-09, 08:15

Часовой пояс: UTC + 4 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 69 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 03-02, 17:51 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07-04, 21:32
Сообщения: 718
А после 10 го я я без инета... Всерьёз и надолго!

_________________
Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 03-02, 18:44 
Не в сети
Дама Сердца Его Ироничного Величества
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-12, 20:23
Сообщения: 9419
Жаль, но ты же появишься? Тогда и прочтешь!

_________________
Третье тысячелетие наступило.
Увы, на те же грабли...

Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 03-02, 18:49 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07-04, 21:32
Сообщения: 718
Появлюсь, но когда-не знаю... хотелось бы поскорее...

_________________
Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 21-06, 21:32 
Не в сети
Дама Сердца Его Ироничного Величества
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-12, 20:23
Сообщения: 9419
5

Жизнь моряка связана с приметами и суевериями, кои, конечно, могут вызвать смех у всякого просвещенного человека.
Однако ж на кораблях флота его величества не только нижние чины, но и офицеры, и даже сами капитаны неукоснительно соблюдают неписанные морские законы и правила. Разумеется, если они не противоречат приказам вышестоящих, уставу и распорядку. Впрочем, умный командир не станет приказывать что-то, что идет совсем уж вразрез с устоявшимся мировоззрением моряков.
Для Арчи и в этом вопросе возникли особые трудности. Любой шотландец с детства усваивает особые правила, от которых немыслимо отступить даже на полшага, чтобы не навлечь на себя беду. Конечно, Арчи был не единственным шотландцем на флоте, и остальные умели совместить приметы родных краев с морскими. Ему же это удавалось с большим трудом.
Взять хоть чаек. Боже упаси причинить вред этим птицам! Это принесет неисчислимые беды и смерть, так как чайки – это души моряков, похороненных в море. Шепотом в кубриках рассказывали про некого служащего береговой охраны, который по неосторожности застрелил одну из этих птиц и тут же сотни чаек с криком обрушились на голову убийцы. В ужасе он убежал в дом и закрыл двери, но чайки продолжали, пронзительно крича, летать вокруг дома. На следующее утро служащего нашли мертвым, с перерезанным горлом на берегу, а рядом неподвижно сидели сотни чаек и смотрели на тело. Страшно даже представить, что может случиться, если чайку убить в открытом море.
И в тоже время любой шотландец уверен, что нет птицы зловреднее и поганее чайки, которая предательски выдает врагам тех, кто ищет убежища в прибрежных дюнах. Даже крик чаек несет смерть, если только вовремя не прочитать оберегающее заклинание. Разве в море это возможно? Впрочем, Арчи и не знал никаких заклинаний. Он и половины примет не знал, но ему вполне хватало тех, какими его старая нянька Мэг щедро делилась в ненастные зимние дни у очага.
Мэг, например, удалось накрепко вбить в голову маленькому непоседе, что никакое новое дело нельзя начинать в пятницу – все одно добра не выйдет. А уж приезжать или уезжать в этот день куда либо нельзя ни в коем случае.
- Помнишь, что случилось с кузеном Доэртом, которые приехал получить наследство после своего покойного брата аккурат в пятницу? – шептала нянька. – Он и выпил-то совсем немного, а захмелел, будто бочонок разом опорожнил, уснул прямо за столом, а добудиться утром его уже и не смогли.
От таких рассказов волосы на голове шевелились. Став старше, Арчи догадался, что дело было вовсе не в дне недели, а в немалом наследстве, которое молодая вдова хотела сохранить для себя, но от этого история парадоксальным образом не становилась менее жуткой.
Именно поэтому приезд их странной и разнородной кавалькады в Санкт-Петербург именно в пятницу Арчи никак не мог счесть для себя хорошим знамением. Время показало, что он ошибся.
Император Александр, невзирая на дела и заботы, обрушившиеся на него по возвращении в столицу, все же нашел время для беседы с бывшим британским моряком, бывшим иллюминатом, бывшим… нет, не стоило сейчас об этом задумываться. Аудиенция у монарха, а главное – его предложение, право, стоило некоторых потерь.
Арчи был абсолютно уверен, что забыть про него не забудут – по крайней мере, надзор тайный ли, явный ли, но обеспечат. Он и сам себе временами был подозрителен, что уж говорить о господах из Особой канцелярии, которая обязательно есть в каждом государстве. Однако на то, что император вспомнит о своем обещании помочь, и выполнит его так скоро, Арчи даже мечтать не осмеливался.
Перед аудиенцией, на которой должна была решиться его судьба, он разволновался так сильно, что почувствовал шум в голове – верный признак приближения старого недуга. Пришлось прибегнуть к средству, запомнившемуся с детства. Кротовая кровь, весьма целебная и помогает от всех болезней, в том числе и от эпилепсии, но Арчи так и не смог пересилить себя и прибегнуть к сему чудодейственному средству, как не убеждали его родные. Зато, изобрел собственное лекарство: если припадок еще не начался, то стоит только представить себе мертвого крота - все проходит, как ни бывало.
Помогла и замечательная примета: когда Арчи уже подходил к ожидающему экипажу, дорогу ему перебежала черная кошка. «If a black cat crosses your path, you will have good luck!»
Мистер Черкасов, который присутствовал при встрече, похоже, был крайне недоволен расположением, которое император Александр оказывал чужаку, но на его гневные взгляды Арчи постарался не обращать внимания. Возможно Черкасов тоже сегодня повстречался с черной кошкой (Арчи успел узнать, что в России эта примета имеет совсем другое толкование) – уж больно он был хмур.
- Итак, - заговорил император, предложив присесть собеседникам, - я слышал, что вы, лейтенант Кеннеди, хотели бы вернуться на флот, если бы у вас была такая возможность, не так ли?
- Именно так, ваше императорское величество, - подтвердил Арчи, испытывая крайнюю неловкость.
Сидеть в присутствии коронованной особы и не стесняться в разговорах было легко, когда эта самая особа путешествовала с актерами. Уж этой братии Арчи повидал довольно и чувствовал себя среди них свободно. Но во дворце, сейчас, когда легкомысленный и юный «Граф Север» исчез, как и не бывало, а на его месте оказался человек жесткий, с цепким внимательным взглядом и властным голосом – настоящий император, вести себя по-прежнему было немыслимо.
- Что ж, как я вам и говорил ранее, в нашем флоте очень мало иностранцев. Из трехсот тринадцати человек, произведенных во флотские офицеры за время царствования моего покойного отца императора Павла Петровича, только один, граф де Традерн перешел в русский флот из иностранного, французского. Да кроме того, был принят на службу французский же корабельный инженер Брюн. Есть еще несколько достаточно серьезных препятствий тому, чтобы прямо сейчас зачислить вас на корабль, впрочем, и без дела долго оставаться мужчине не стоит. Как мне кажется, я нашел для вас подходящее занятие. Однако стоит прояснить немаловажные вопросы – как долго вы предполагаете служить мне? Хотите ли принять российское подданство?
Если бы Арчи посмел, то прикрыл бы глаза. Ответить прямо сейчас было невозможно. Не то, чтобы он не думал о такой возможности, наоборот – она представлялась единственно верной в данных обстоятельствах ведь нельзя же в просвещенном девятнадцатом столетье жить вовсе без бумаг и не иметь, по существу, никакого гражданства! То есть, можно, конечно, если удалится от света в какую-нибудь обитель, или окончательно забыть о своем происхождении и воспитании и вести жизнь мелкого мещанина, который всего боится, ни во что не встревает, служить не умеет и не хочет. Хотя и на такую жизнь потребны средства, а где их взять?
Император Александр вскинул руку:
- Нет, нет! Не отвечайте прямо сейчас, мне хочется, чтобы вы задержались с ответом до той поры, пока не исполните мое поручение. Так вам легче будет сохранять полнейшую беспристрастность.
Русскими моряками к началу века были открыты и описаны Берингов пролив, Сахалин, Командорские, Прибыловы, Курильские и Шантарские острова, Алеутская гряда, острова, прилегающие к Аляске. Так же русские первыми из европейцев проложили путь к северо-западному побережью Америки, в Японию, Китай и на Сандвичевы острова, все же, флот в основном был привязан к внутренним, прибрежным акваториям.
Положение начало меняться с началом царствования императора Александра и экспедиция Крузенштерна была тому отличным подтверждением. Ах, как Арчи хотел бы участвовать в этом дерзком предприятии, но – не судьба.
- Британский флот, несомненно, самый искусный в мире, - говорил император Александр, - недаром, лучшие наши моряки учились у ваших соотечественников. Полагаю, впрочем, что скоро и нам будет чем гордиться, хотя для этого придется многое сделать. Я распорядился о проверке некоторых судов и хочу включить вас в число тех, кто будет ее проводить. Вам нужно будет обратить внимание на все различия между бытовым укладом российских и английских моряков и составить об этом записку, присовокупив к этому ваши соображения, если таковые появятся. Да, и еще одно – господа иллюминаты в последнее время очень уж деятельны стали. Если заметите что-нибудь подозрительное, тот час же сообщите человеку, с которым вас познакомит господин Черкасов. Было бы лучше, если бы Петр Иванович сам вам помог на первых порах, но его присутствие требуется в другом месте.
Нельзя сказать, что Арчи так уж нуждался в компании и наставлениях мистера Черкасова, - тот не вызывал приязни, хотя, безусловно, был человеком необыкновенных достоинств. В самом деле – Черкасов еще очень молод, но уже заслужил несомненное доверие императора. Недооценивать юношу было бы крайне неблагоразумно, но лучше держаться от него подальше. И то, что им не придется работать вместе, было очень даже хорошей новостью.
Поручение императора было интересным, лестным и действительно важным, хотя и требовало определенных знаний и навыков. Конечно, Арчи был способен выполнить работу достойно, но все же это было не совсем тем, чем ему бы хотелось заниматься. Впрочем, хотя он и был несколько ошеломлен, но пылал решимостью, как можно лучше выполнить задание.
Как только закончилась аудиенция, он начал размышлять о том, на что стоит обратить внимание первым долгом и как наглядно представить свои выводы. Он даже припомнил, содержащиеся в идеальном порядке расходные книги отца. Вот уж у кого не возникло бы ни малейшего сомнения в том, как оформить записку на высочайшее имя.
Именно благодаря глубокой задумчивости Арчи и быстроте реакции Д’Арни, они не столкнулись нос к носу в коридорах Зимнего дворца. Впрочем, хоть маркиз и узнал «мсье Эжена Бертеля», он не стал спешить и докладывать о встрече Скотту. Сначала было необходимо все проверить лично.
Новые обязанности крайне увлекли Арчи, даже несмотря на то, что остальные члены комиссии отнеслись к его присутствию крайне настороженно и не спешили отвечать на возникающие вопросы. Ложность положения ощущалась очень остро, он отгонял от себя мрачные мысли, стремясь все силы отдавать работе, но все же нет нет, да задумывался о будущем.
Если брать российское подданство, то, придется задумываться и о смене конфессии. Без этого сложно придется. Арчи не отличался особой религиозностью, да и «Париж стоит мессы», но все же решиться на такие перемены было трудно. Опять-таки, при смене подданства вполне может случиться так, что придется сражаться против английского флота. Против своих… против Горацио… Сложный, почти невозможный выбор.
Арчи злился сам на себя, вспоминая, как легко подобный выбор делали другие. Сам он привык принимать решения быстро, не изводя себя нужными размышлениями и переливанием из пустого в порожнее, но не в этот раз.
Поэтому лучше всего вернуться к поручению императора Александра.
Вроде бы с провиантом и на русском и на английском флотах все было примерно одинаково, но… все да не все. И состав продуктов отличался (вот, к примеру, «шотландского кофе»* там не подавали), и количество (пришлось признать, что у русских пайки были больше) и готовили иначе, и раздача пищи шла по-другому.
На кораблях имелись две «поварни»: капитанская и общая.
В общей поварне пищу готовили в одном котле всем нижним чинам. На руки пища выдавалась в котелки из расчета по семь человек на котелок. В Уставе даже имелись предписания что именно и когда готовить.
Понедельник: утром каша гречневая, вечером горох вареный.
Вторник - утром и вечером мясо с кашей овсяной.
Среда - утром каша гречневая, вечером горох вареный.
Четверг - утром и вечером мясо с кашей овсяной.
Пятница - утром и вечером рыба с кашей овсяной.
Суббота - утром и вечером мясо с кашей овсяной.
Воскресенье - утром и вечером мясо с кашей овсяной.
В капитанской поварне готовили слуги офицеров. При этом капитану пища варится в отдельном котле, офицеры и лекари должны были объединяться по двое, мичманы по четверо, а гардемарины по шестеро на котел.
Это казалось очень непривычным и неправильным, хотя в чем неправильность, Арчи не мог себе объяснить. Чем больше Арчи общался с русскими, тем меньше он их понимал.
Впрочем, матросы на российских кораблях выглядели гораздо живее и веселее угрюмой английской команды, скорой на бунт и побег. Что уж говорить об офицерах, которые пользовались многими привилегиями и удобствами, о которых их английские коллеги могли только мечтать. Возможно ли, найти в этой непонятной стране новое отечество?







__________________________
* Сухарный отвар с сахаром

_________________
Третье тысячелетие наступило.
Увы, на те же грабли...

Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Заботы Хромого Джона
СообщениеДобавлено: 06-11, 17:10 
Не в сети
Дама Сердца Его Ироничного Величества
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-12, 20:23
Сообщения: 9419
6.

Через некоторое время после того, как Арчи начал выполнять распоряжение императора Александра, он уже не так радовался, что избежал тесного общения с мистером Черкасовым. Все же знакомое, хотя и неприятное, лицо, да и наделен немалыми полномочиями. Тот человек, к которому теперь приказано было обращаться в случае необходимости, не вызывал у Арчи вообще никакого доверия. Сложно было даже сказать в каких чинах был господин Демьянов. И речь его, и облик, и манеры никак не свидетельствовали, что он приближен к императору настолько же, насколько мистер Черкасов.
Сведения же, которые внезапно появились у Арчи, были важными и срочными, и он не мог и не хотел доверить их кому попало.
Сначала Арчи, заметив в Кронштадте около провиантских складов знакомую фигуру барона Клауса фон Штайна, опешил и даже не поверил своим глазам, хотя ничего сверхъестественного в появлении барона в этой, да и любой другой, части мира не было. Иллюминаты отличались тем, что перемещались споро, используя все самые быстроходные способы передвижения. Интерес же их к Российской империи был очевиден и раньше.
Хорошо еще, что здесь не было его благодетеля, Хромого Джона, к которому Арчи испытывал огромную благодарность за спасение. Барон, впрочем, тоже во времена их знакомства и совместной работы показал себя человеком неглупым, рассудительным и не раз проявлял к Арчи самое искреннее расположение. Вот почему тому казалось правильным сначала поговорить с ним и твердо объяснить, что он не желает более иметь с иллюминатами никаких дел и, поступив на службу к императору Александру, отныне считает своим долгом препятствовать деятельности Ордена.
Арчи уже давно не был ребенком и отлично понимал, что подвергает себя серьезной опасности, более того, почти напрасно, ведь от его слов ничего не изменится, самое большее – приедет другой агент вместо барона, но не обозначить перед свою позицию прямо и честно он не мог.
Разговор с бароном вышел пренеприятнейший. Арчи увидел его снова на берегу рядом с так называемыми голландскими кухнями. Барон разговаривал с каким-то купцом. Арчи встал так, что не заметить его было нельзя. Барон быстро распрощался с собеседником, прошел мимо Арчи, и направился вглубь острова, пришлось последовать за ним. Остановился он только возле оружейных мастерских, когда Арчи уже серьезно подумывал о том, что придется вынуть шпагу и остановить его силой.
- Вот и вы, мистер Кеннеди, - барон учтиво поклонился, что совершенно не вязалось с его недавним поведением, - я надеялся, что у вас хватит ума не афишировать наше знакомство. Вы мне казались человеком разумным, не желающим ввязываться в политические игры. Советую вам и дальше оставаться таким же.
- Советы принимай от всех дающих, но собственное мнение береги, - продекламировал Арчи.
- Отлично, держитесь за свое мнение сколько хотите, но не стойте на пути у Ордена и у меня лично. Лучше всего для вас, уехать из столицы куда-нибудь подальше. Мне будет неприятно убить того, с кем я не раз с удовольствием беседовал. То, что вы до сих пор живы, не ваша заслуга.
- Чья же?
– Моя, если угодно, - барон нахмурился. – Я пока не доложил Великому Магистру о том, что видел вас, однако, не намерен молчать вечно. К тому же, он может узнать о вашей новой службе и из других источников. Так что довольно тратить время. Уедете? Да? Нет?
- Нет, - Арчи твердо посмотрел на собеседника. – Более того, я прошу уехать вас.
- Вы храбры, но безрассудны, а, как говорил Шекспир, благоразумие — лучшая черта храбрости, - барон положил руку на эфес шпаги. - Отступите.
- Если есть силы бежать, то кто поверит, что нет сил драться? – в тон ему ответил Арчи.
- Что ж, если вам угодно устроить дуэль на цитатах, вот вам еще одна, как раз про вас. Восточный мудрец говорил: «Я испытываю отвращение к тем, кто думает, что неподчинение есть смелость, а разоблачение чужих тайн — правдивость».
- Я не имею права промолчать, - твердо сказал Арчи, - но мне не хотелось бы, чтобы мы расстались врагами.
- Мне тоже, однако, иначе не выйдет.
И все же, еще несколько недель, пока снова не столкнулся с бароном в Кронштадте, Арчи продолжал надеяться на лучшее. На этот раз он был не один, а с одним из новых членов комиссии мистером Лермонтовым.
К тридцати двум годам новый знакомец успел не только стать капитаном, но и послужил флигель-адъютантом покойного императора Павла I. Имя у него было совершенно непроизносимое для шотландца – Матвей Юрьевич. И по виду, и по поведению, и по и разговорам, и по делам – по всему он был, кажется, самым русским из всех русских, но горделиво утверждал, что происходит по прямой линии от Томаса Рифмача Лермонта и на этом основании считал себя земляком Арчи и чуть ли не лучшим другом.
Арчи, конечно же, не протестовал, хотя и не был сам внутренне готов назвать капитана именно другом. Однако с ним было очень интересно беседовать не только о море, но также о искусстве и поэзии. Он был прекрасно образован и имел обширную библиотеку, которой радушно предложил пользоваться.
Арчи был очень этому рад и уже предвкушал, как будет проводить длинные зимние вечера за хорошей книгой. Как раз, когда он благодарил капитана за предложение, появился барон.
И капитан Лермонтов его определенно узнал.
- Ну надо же! - удивленно произнес он, - Ведь двух лет не прошло, как этого господина по всему Петербургу искали, дабы препроводить в крепость, как шпиона и убийцу, а теперь он здесь разгуливает, как ни в чем не бывало! Говорят, его даже снова принимают при дворе. Интересно только под каким именем, ведь наш пронырливый господин Черкасов узнал, кажется, что титул маркиза, как и фамилию Д’Арни этот господин носить не имеет ни малейшего права.
- Постойте, вы хотите сказать, что знаете этого человека как маркиза Д’Арни? – опешил Арчи.
- Именно так. А в чем же дело?
- Я тоже знаю его, но только как барона фон Штайна.
- Что ж, думается мне, у этого господина еще множество имен, - заключил капитан Лермонтов и с презрением отвернулся от предмета обсуждения.
Арчи был в смятении. Его парижский знакомец оказался тем самым маркизом – негодяем и убийцей, который воплощал в себе все худшее, что было в Ордене иллюминатов. И этого страшного человека принимали при дворе? Политическую необходимость такого шага Арчи вполне мог понять, но, право, стоило ли настолько рисковать? Складывалось впечатление, что в Петербурге не были наслышаны о делах маркиза в других странах и оттого опасались его не в должной мере.
Предупредить о нависшей опасности теперь было необходимо. Если присутствие в России барона фон Штайна Арчи мог игнорировать, то все, что он знал о маркизе, вынуждало его к немедленным действиям.
Только вот сообщать было некому. Не мистеру же Демьянову, в самом деле. Если бы знакомство с капитаном Лермонтовым продолжалось дольше, Арчи мог бы довериться ему и спросить совета, но пока это было решительно невозможно.
Арчи решил встретиться и поговорить с графом Толстым и поручиком Лугиным, но они, так же как и мистер Черкасов, были отправлены куда-то лично императором.
Что делать было совершенно неясно.
Капитан Лермонтов видел, что его приятель стал задумчивым, и попытался развлечь его прогулкой по Невскому проспекту.
- Прежде всего, вам нужно нанять хорошую квартиру и съехать, наконец, от этого скверного чухонца. Грязь всюду, кушанья самые дурные. Это же уму непостижимо – в комнатах для постояльцев не топят по целым дням, только на ночь горячую бутылку в салфетке приносят! – возмущался он.
Арчи только плечами пожал. Топили, по его разумению, вполне изрядно, но новую квартиру все равно искать было необходимо. Хотя и непонятно на какие средства. Жалования ему то ли пока не причиталось вовсе, то ли его задерживали, а на жизнь, при всей его неприхотливости, уходило много средств. Впрочем, эти вопросы интересовали его меньше, чем неприятности с маркизом.
- И нигде-то вы не бываете, - продолжал пенять ему капитан, - только по службе, а это нехорошо. Вам нужно составить знакомства в свете, ну да вот вернется моя дорогая жена из деревни, будете гостить у нас в доме. Жена умеет собирать лучшее общество, особенно это касается дам. Погодите, мы вас еще и женим!
Арчи улыбнулся. Он решительно не мог понять этих русских. То холодность и надменность, то истинное радушие и забота. То мелочные бюрократические придирки, а то показное пренебрежение любыми правилами… И на все это надо как-то реагировать. Сам Арчи с годами стал чуть более осмотрительным в проявлении чувств. Пожалуй, как раньше открытым его могли видеть только близкие друзья. А таковых, кроме Горацио, и присоединившегося к ним на «Славе» Буша, больше и не было.
- Отчего нет? – ответил он капитану. - Вы с таким жаром рассказываете обычно о жене, видно что вы счастливы. Глупец тот, кто не пожелает себе такого же счастия в семейной жизни. Однако же мне пока нечего предложить будущей супруге, поэтому прошу вас подождать со сватовством до более благоприятного времени.
Мимо проехала коляска с красивой женщиной, которая показалась Арчи знакомой. Он машинально поклонился и удостоился ответного приветствия.
- А, теперь-то все понятно! – засмеялся капитан. - Теперь-то я вижу отчего вы не хотите говорить о женитьбе. Оказывается, вы уже составили знакомства. Мадам Юлия сейчас в большой моде, но будьте осторожны, говорят, сам государь к ней неравнодушен. Не стоит роман с актрисой немилости и опалы.
- Нет-нет, - мы знакомы, но не более того, - ответил Арчи, заметно повеселев.
С актрисами он всегда умел находить общий язык и был уверен, что сможет передать все, что нужно, через эту женщину. Оставалось только попасть в придворный театр.
Правда, это тоже было непросто сделать. Спектакли еще не начались, а даже если бы и начались, то никто не стал бы продавать на них билеты любому желающему.
Впрочем, можно было бы встретиться с мадам Юлией во время прогулки и все обсудить. Во время недолгой поездки до Санкт-Петербурга, Арчи показалось, что мадам Юлия искренне привязана к императору и, конечно же, не откажется побеспокоиться о его безопасности.[

_________________
Третье тысячелетие наступило.
Увы, на те же грабли...

Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Заботы Хромого Джона
СообщениеДобавлено: 06-11, 19:27 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-12, 22:45
Сообщения: 17095
Очень интересно, столько нового! ))


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Заботы Хромого Джона
СообщениеДобавлено: 06-11, 20:14 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 17-09, 11:24
Сообщения: 2913
Откуда: Романов-на-Мурмане
Ах, как замечательно.

_________________
"Ребенок всплыл по ходу разговора".


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Заботы Хромого Джона
СообщениеДобавлено: 25-01, 22:16 
Не в сети
Дама Сердца Его Ироничного Величества
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-12, 20:23
Сообщения: 9419
7.

Арчи и не подозревал, что устроить разговор наедине с мадам Юлией будет так непросто. Она почти перестала появляться в общественных местах, а если и выезжала куда-то, то избегала оставаться одна.
Впрочем, поразмыслив, Арчи пришел к выводу, что иначе, при всей щекотливости положения мадам Юлии, она и не могла поступать. Постоянное покровительство императора, конечно хорошо, приносит обладательнице немалые выгоды и повышает статус, ведь такой взлет для обычной актрисы практически недостижим. Однако вместе с благами рука об руку идут и ограничения.
Писать мадам Юлии он не хотел. Она вошла в моду и в день к ней доставляют, должно быть, десятки писем. Скорее всего, его послание с просьбой о встрече сочтут ничего не стоящим и, вдобавок, наглым волокитством. Оставалось уповать на удачу.
И это упование было вознаграждено. Встреча произошла не так скоро, как хотелось бы, но все же произошла.
По городу ходили упорные слухи. Говорили о приезде персидской принцессы, на которой обязан будет жениться цесаревич Константин, при этом, сплетников (а были они всякого рода и звания) ничуть не смущало то, что брат императора уже был женат. «Так она же персиянка? Что ей! У них же там гаремы», - так они обычно отзывались на недоуменные расспросы тех, кто пытался найти хоть какую-то логику в сплетнях.
Впрочем, Арчи не спрашивал, он только слушал и молча удивлялся, как в этой стране умудряются выживать иностранцы. Ему, как шотландцу по роду и духу, еще было не так тяжело, а вот Горацио бы врядли справился. Нет, не зря барон предупреждал о русских, не зря! Хотя… какой он к морским чертям барон! Такой же поддельный, как доллар континентального конгресса.*
Еще говорили о скором возвращении слонов из Царского Села на свое «законное» место около Михайловского замка. Говорили даже, что под слоновник отведут и сам замок. Арчи немало повеселился над такими дикими предположениями, однако, с удовольствием выслушал историю, рассказанную капитаном Лермонтовым о том, как в 1741 году слоны, осердясь меж собою о самках, стали буйствовать, а трое из них вырвалась и ушли. Двоих скоро поймали, а третий пошел через сад, изломал деревянную изгородь и прошел на Васильевский остров, и там изломал чухонскую деревню и только после того был пойман.
Как бы там ни было, город жил в предвкушении чего-то необычайного и, устроитель любого самого малейшего развлечения был обречен на успех, выраженный в звонкой монете.
Капитан буквально затащил Арчи на гуляние, заставил выпить грушевого кваса, велел непременно попробовать калужского теста и исчез неведомо куда. Что ж, разглядывать толпу состоящую из людей самых разных сословий и профессий было не только весело, но и поучительно. В Англии такого смешения не бывает даже во время всенародных празднеств. Там это бы сочли верхом неприличия. А тут Арчи видел даже совсем юных девушек явно из дворянских семей, которые открыто смеялись, покупали что-то у разносчиков или с возов, хлопали кукольникам. Конечно, они были в сопровождении слуг и родственников, но все же это выглядело достаточно необычно.
Особенно весело было около деревянных качелей. Арчи решил, что вполне может прокатиться на них. Вон как лихо взлетают. Ему определенно не хватало этого чувства полета, которое ощущаешь только взобравшись на мачту корабля.
Протолкавшись сквозь толпу, к самым качелям, Арчи уже был готов купить билет, как вдруг, полетел вперед от сильного толчка. Упасть ему не позволила только морская выучка. Арчи не только сохранил равновесие, но и смог, обернувшись, поймать того, кто в него врезался. Это оказалась мадам Юлия.
- Добрый день, - поздоровался Арчи.
- Здравствуйте, - улыбнулась мадам Юлия. – Благодарю за помощь, однако, вы уже вполне можете меня отпустить.
- Разумеется, позвольте я провожу вас к вашим спутникам.
- Если бы я знала, где они, – досадливо вздохнула актриса, - мистер Кеннеди, могу я рассчитывать на вашу скромность? Мне не полагалось бы здесь вообще находится, но после стольких лет свободы хочется иногда вновь почувствовать себя живой. Я привыкла к толпе, но если кто-то узнает о моем маленьком приключении и о том, что я каким-то образом растеряла своих спутников, будут большие неприятности и не только у меня одной.
- Я никому не скажу о том, что видел вас. Разрешите мне проводить вас туда, где вы будете в безопасности, а ваши спутники найдутся после.
- Что ж, - с сомнением произнесла Юлия, - если вас это не затруднит.
- Ничуть! – с жаром ответил Арчи и виртуозно, с большим опытом, приобретенном в Ковент-Гардене, - к тому же, я думаю, что само проведение свело нас сегодня, у меня есть к вам очень серьезный разговор.
Юлия насторожилась. Ей был, в общем-то, симпатичен этот человек и она была действительно рада встрече, но в последнее время с ней столь многие хотели «серьезно поговорить» что это становилось попросту невыносимо.
- Нет-нет, - покачал головой Арчи, заметив, что улыбка Юлии стала чуть более принужденной, чем раньше, - я не ищу протекции и е собираюсь рассказывать вам, насколько вы ослепительны, хотя вы действительно служите отрадой для взора, дело касается господ, которые чуть было не помешали нам всем совершить тот чудный вояж по западным окраинами империи.
- О, понимаю, - кивнула Юлия, и больше не задавала вопросов.
Арчи порадовался, что не ошибся в ней.
Отыскать экипаж, на котором приехали актеры никак не получалось и это становилось все более странным.
- Я, право, точно помню, что просила кучера оставаться здесь, - Юлия указала рукой на стоянку извозчиков. У меня свой выезд и я не понимаю, куда мог деться экипаж.
- Видимо, туда же, куда делись ваши спутники, - ответил Арчи, - ситуации становилась не просто неприятной, а угрожающей.
- Вот что, сейчас я найму кого-нибудь, не стоит нам дольше здесь оставаться. Поговорим в пути.
- Хорошо, но будет лучше, если вы наймете крытый экипаж.
Крытые экипажи в этот прекрасный летний день не пользовались бы слишком большой популярностью, поэтому Арчи удалось нанять только какой-то жуткого вида облезлый рыдван, который упорно именовался извозчиком не иначе как «самоновейшая карета». Экипаж скрипел, дергался, трясся и был мало пригоден для увеселительных прогулок, а тем более для важной беседы, но лучшего времени и места дожидаться было бы глупо. Юлия, как оказалось, была того же мнения.
- Итак, что же именно вы, мистер Кеннеди, хотите мне сообщить? – оказавшись в сумраке кареты, мадам Юлия не расслабилась, как можно было бы ожидать, напротив, она была странно напряжена
- Видите ли, - начал Арчи, - я несколько раз за последнее время встречался в Петербурге и его окрестностях с неким бароном Клаусом фон Штайном, я познакомился с ним в ту пору, когда имел отношение к небезызвестному ордену.
Он с трудом подбирал слова, казалось, что женщина, сидящая напротив, не верит ему или в чем-то подозревает. Это ужасно злило, однако Арчи счел необходимым закончить.
- Недавно мне стало известно, что одно из имен, которыми барон пользуется – маркиз Д'Арни. Поверьте, мадам, этот человек крайне опасен! Он один из самых квалифицированных шпионов в этой организации и его дела поистине страшны. Пожалуйста, передайте это… мистеру Искандеру.
- Благодарю вас, - Юлия приоткрыла шторку на окне, выглянула на улицу, и ее голос снова потеплел, - благодарю вас. Мы почти приехали и я искреннее вам признательна за все. Я не знаю, когда мне удастся поговорить с Искандером, однако, я сделаю это, как только смогу.
- И я благодарю вас! – с жаром отвечал Арчи. – мне не с кем было поделиться своими соображениями и опасениями, я мало кого знаю в России, и почти никого не могу назвать другом, а ведь совет друга — лучшая опора против врагов.
- Вы любите Шекспира? - улыбнулась Юлия.
- О да. Шекспир, пожалуй , и есть один из самых моих добрых друзей. Так странно знать, что на многих чтение и сами книги наводят скуку, со мной такого никогда не было, напротив.
- Труд, который нам приятен, излечивает горе. – снова улыбнулась Юлия и замолчала, погрузившись в размышления.
Арчи ее не беспокоил. Ему самому было о чем подумать, например, о маленьком кинжале, который Юлия спрятала за кружевной манжет. Он заметил это по чистой случайности.
- Россия – это очень странное место,- вдруг снова заговорила она, - не правда ли, но такое притягательное.
- Да, мадам, - согласился Арчи, - и ее населяют странные люди, и пожив здесь совсем немного, сам становишься странным.
- Это правда, - сказала мадам Юлия уже после того, как карета остановилась, - Людям, которые способны понять друг друга стоит держаться вместе. Я не знаю, как отнесутся к вашему сообщению, и ничего не могу обещать, но если вы действительно беспокоитесь о благополучии Искандера, то во мне найдете искреннего друга. И прошу вас, если вам станет еще что-то известно, обязательно дайте мне знать.
- Это честь для меня, благодарю, вы всегда можете на меня положиться. Конечно же, я немедленно сообщу, если что-то узнаю.
Арчи был смущен. Он механически говорил нужные слова, но не знал, как реагировать на такое внезапное предложение. Россия действительно заставляет думать и чувствовать не так, как прежде, а вот в чем эта инаковость выражается не совсем понятно. Впрочем, дружить с такой женщиной будет очень интересно, тут не поспоришь. Он вышел из кареты и подал руку Юлии.
- Вам не стоит провожать меня до дверей, - Юлия покачала головой, - наверное, вам и выходить-то не следовало.
- Прошу простить меня, я не подумал, что вам это может причинить неприятности.
- Мне – нет. А вот вам может. Надеюсь, что все обойдется.
О чем именно пыталась предупредить его Юлия, стало понятно сразу же, как Арчи услышал за спиной шаги.
- Мистер Кеннеди, - как странно видеть вас здесь, - император говорил очень холодно, вы ведь, кажется, были должны исполнять мое поручение в Кронштадте, не так ли?
Арчи поклонился.
- Да, Ваше Императорское Величество.
- Надеюсь, вы мне расскажете, что вас привело сюда, кроме красоты мадам Юлии?
Как ни странно, но разговор с ревнивым венценосцем принес для Арчи только пользу. Он смог облегчить душу, рассказав о маркизе, дал устный отчет о своей работе и получил назначение на корабль. О лучшем и мечтать нельзя было!
Кто знает, смог бы Арчи добиться этого, если бы не желание монарха видеть его подальше от дворцового театра?

*Первая попытка американцев напечатать бумажные деньги была сделана в 1775 году, в самом начале Войны за независимость. Континентальный конгресс (законодательный орган будущих США; прим. mixstuff.ru) выпустил банкноты, известные как «континентальные доллары» которыми предполагалось покрывать военные расходы. Экономика в то время ещё не была привязана к золотому стандарту, так что физически континентальный доллар был ничем не обеспечен.

Британский ВМФ, чтобы помешать планам противника, соорудил аналогичный печатный станок прямо на борту военного судна Phoenix, стоящего в Нью-Йоркской гавани, и принялся печатать фальшивые «континенталы». Это была первая в истории военная финансовая диверсия.

План заключался в том, чтобы подорвать доверие к новым деньгам, обрушить американскую экономику и привести Британию к победе. Качество фальшивок было довольно приличным и вскоре они действительно наводнили рынок. Американские поселенцы, в полном соответствии с замыслом британцев, стали относиться к континентальному доллару с подозрением и отказывались иметь с ним дело. Им перестали расплачиваться и принимать в качестве платы.

Британцы были настолько уверены в успехе своего предприятия, что даже и не особенно скрывали то, что делали. В 1777 году они в буквальном смысле размещали в нью-йоркских газетах объявления с предложением продать фальшивые деньги по цене бумаги.

К 1781 году поддельные банкноты совершенно уничтожили ценность континентального доллара, и Конгресс решил вывести их из оборота.

_________________
Третье тысячелетие наступило.
Увы, на те же грабли...

Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Заботы Хромого Джона
СообщениеДобавлено: 16-05, 23:33 
Не в сети
Дама Сердца Его Ироничного Величества
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15-12, 20:23
Сообщения: 9419
8.

Фрегат «Григорий Великия Армении» вышел в конце лета из Одессы и взял курс к Корфу. На его борту находился мистер Кеннеди, наблюдатель от военно-морского департамента и посланник с секретным предписанием к командующему русскими сухопутными силами на Ионических островах генерал-майору графу Анрепу.
Несмотря на то, что Арчи вернулся, наконец, на флот, делать во время плавания ему было решительно нечего, зато было достаточно времени, чтобы задуматься над истинными мотивами императора Александра.
Если бы его откомандировали лейтенантом на какое-нибудь судно, к примеру, стоящее на вечном ремонте в самом дальнем доке, Арчи бы с полным правом счел, что это наказание за слишком тесное общение с мадам Юлией и понял бы императора. Даже то, что его услали прочь из страны, было вполне объяснимо.
Что поделать, от ревности нет спасения никому, ни монарху, ни крестьянину. Пожалуй, только моряк способен избежать этих мук. И в самом деле, никто не ожидает от случайной подруги, что она годами будет ждать на береге неизвестно чего. К женам отношение другое, конечно, но и настоящих венчанных жен не так много.
Жениться на нищенское жалование мичмана, к примеру, сущее преступление. А жалование лейтенантов, кроме первого, ненамного отличается от мичманского. Жениться можно только если невеста имеет приданное. Иначе придется ей надеяться на милость родни, пока муж в море.
В то время, когда Арчи и Горацио поступили на «Славу», вторым лейтенантом там служил мистер Томсон – прекраснейший человек, не чета Бакленду. Они достаточно коротко сошлись с ним и оба очень сожалели, когда он списался на берег.
Конечно, формальным поводом послужил отпуск из-за небольшого ранения, но на самом деле все знали, что престарелый дядюшка, который раньше не особо интересовался жизнью лейтенанта Томсона, вдруг назначил его наследником и нашел ему невесту со средствами. Дядюшка потребовал немедленной женитьбы и, говорят, немало заплатил в козну (а скорее в карманы флотским казнокрадам) за признание племянника негодным к дальнейшей службе.
Бедняга Томсон клялся, что как только у него родится сын, он уломает дядюшку и вернется к службе. Возможно, так и случилось, хотя подобное желание удивляло всех вокруг.
Арчи прослужил на флоте больше десяти лет и иногда задумывался, что бы было, если бы он получил достаточно средств для обеспеченной жизни. Стал бы он продолжать службу? Твердого ответа дать он себе не мог до того момента, пока не был насильно разлучен с морем. Сейчас он был уверен, что не сможет без него жить. Жаль, конечно, что его положение снова неопределенно точно, но с этим можно смириться, возможно, по прибытии на Корфу все изменится.
- Отвезете эти бумаги графу Анрепу, ему же отдадите ваш отчет о плавании, а вот этот пакет, вручите капитану первого ранга Макшееву, когда поступите в его распоряжение, - сухо сказал император Александр при их последней встрече, - капитан человек опытный найдет вам дело либо на своем корабле, либо где-то еще. Время вашего возвращения в Россию тоже зависит от него. Надеюсь, что вы будете особенно внимательны в отношении тех обстоятельств о которых я уже вас расспрашивал. Если найдете, что в быту или подготовке нижних ли чинов, офицеров ли, что-то необходимо изменить, для лучшей боеспособности, составьте об этом подробный доклад.
Вот этого Арчи понять никак не мог. Императора Александра нельзя было заподозрить в излишней доверчивости, это, кажется первое, что теряют будущие монархи еще в самом раннем детстве, к тому же, особенно добрых чувств последнее время к Арчи он не питал, но отчего же тогда дал в руки важные бумаги?
На Корфу у Арчи вполне может возникнуть возможность переговорить с кем-нибудь из соотечественников или даже с иллюминатами, если он того пожелает, император не может этого не учитывать. Значит, придется признать, что либо Арчи не позволят сходить на берег, либо бумагах нет ничего важного и они просто пустышка – отвлекающий маневр, либо… либо ему напротив придется активно участвовать в жизни тамошнего общества и самому служить отвлекающим маневром для деятельности совсем других людей.
Когда Арчи дошел в своих размышлениях до этого момента, радость от плавания сильно потускнела. Ему безумно надоели шпионские игрища во всех их видах, но он не знал, как от них избавиться.
Положение «наблюдателя» опять ставило преграду между Арчи и остальными членами команды. Капитан не знал, как расценивать ранг пассажира, опасался что он приставлен следить за его работой, и на всякий случай старался с ним и вовсе не общаться больше необходимого. Ту же манеру переняли почти все офицеры.
Пожалуй только гардемаринам не было особого дела до странного англичанина, их больше волновали успехи в изучении «Искусства навигации» Джона Гамильтона Мура и других подобных книг.
Арчи заметил, что первый лейтенант занимался с молодыми людьми регулярно и добросовестно и они делали при его попечении немалые успехи. К тому же, все гардемарины были выпускниками специального учебного заведения, и среди них не было откровенно безграмотных, как это, к сожалению, часто случалось на английских кораблях. Конечно, мичману без определенного уровня знаний была заказана дорога к лейтенантскому мундиру, но и оставаясь просто мичманами, они часто из-за своего невежества становились причиной больших неприятностей и гибели людей.
Все-таки, то, что для русских служба на флоте привилегия, что моряки гордятся своим положением, а не выступают на последних ролях в гостиных и бальных залах, было для Арчи очень странно. Хотя он признавал, что если вдуматься, это наиболее правильное положение дел.
Чего стоит страна, если она пренебрегает тем, кто сделал ее великой – своим флотом? Молодые флотские офицеры часто терпели насмешки своих сверстников из, к примеру, кавалерии, когда им приходилось общаться в свете. Арчи тоже успел понять каково это. Русские же гардемарины, казалось, очень горды свои положением. Среди них особенно выделялся юноша лет семнадцати по имени Дмитрий Буров.
Он всегда приветствовал Арчи радостной улыбкой, и время от времени заводил вежливые беседы. Арчи было приятно поговорить запросто хоть с кем-то, и он охотно поддерживал разговоры о погоде, о навигации, об искусстве артиллерийской стрельбы и конечно о море. Для мистера Бурова это было первое плавание, и он казался совершенно очарованным морем и кораблем, несмотря на то, что у гардемаринов было достаточно выматывающих занятий.
Единственное, что мешало завязаться настоящей дружбе это разные языки. Арчи не знал русского, его собеседник говорил по-английски с трудом (чего очень стеснялся), оба отлично знали французский, и неплохо голландский, но хотелось поговорить и на родном языке. Тот разговор состоялся вечером в сумерках. Арчи стоял у левого борта и смотрел на воду, это было его любимым времяпрепровождением в последнее время. Днем он обычно занимался чтением, благо перед отплытием получил часть жалования и смог купить достаточно книг. Это, кстати, еще больше сблизило его с мистером Буровым. Тот очень любил чтение.
- Доброго вам вечера, мистер Кеннеди, - окликнул Арчи его юный приятель.
- Доброго вечера и вам, - улыбнулся Арчи.
- Я прочел «Годы учения Вильгельма Мейстера».
- И как вам понравилось это произведение? – поинтересовался Арчи.
- О! В этой книге много всего, - серьезно ответил юноша. - С чем-то хочется согласиться, что-то наоборот ужасно злит. Жаль, что она у вас не на немецком. Мне кажется, что я бы лучше понял то, что хотел сказать автор, если бы прочел без перевода. К сожалению, моих знаний английского недостаточно для такого великого произведения.
- Если вы хотите, - вдруг внезапно для себя самого предложил Арчи, - я бы мог позаниматься с вами английским языком, для моряка этот язык так же важен, как голландский.
- Спасибо! Спасибо! – конечно же, я хочу, - с жаром произнес молодой человек и сжал руку Арчи, - а я… если это вам нужно, кончено же, я мог бы взамен научить вас русскому языку.
- Что же, это вполне достойная сделка, - засмеялся Арчи.
Если его жизнь отныне связана с этой страной, стоит узнать ее язык.
Занятия проходили весело и небесполезно. Уже через несколько дней Арчи смог разобрать о чем говорится в песне, которую так любили петь матросы. Собственно с этой песни он и попросил начать, очень уж ему нравился напев.
Конечно, скоро о занятиях стало известно капитану. Арчи опасался, что тот велит прекратить их из соображений субординации или еще почему-либо, но произошло обратное:
- Я вижу, вам скучно, - сказал капитан Сарандинаки, - и вы затеяли обучать молодежь?
- Да, это полезно нам обоим, - ответил Арчи.
- Что же, тогда я думаю, вы не откажетесь позаниматься и с остальными гардемаринами, по крайней мере, пока мы не придем к Корфу? – капитан смотрел так, будто думал, что его собеседник непременно откажется.
- С удовольствием, - просто сказал Арчи.
Арчи действительно был доволен. Хоть плавание и было непродолжительным, но он успел вымотаться из-за вынужденного безделья и тяжелых мыслей.
До прихода на остров Корфу первого сентября Арчи удалось не только заставить себя забыть о неприятностях, но и завести дружеские отношения. Почему-то то, что он провел несколько занятий с гардемаринами, расположило к нему чуть ли не всю команду и позволило провести последнюю неделю плавания в приятных беседах.
Теперь Арчи гораздо веселее смотрел на грядущие изменения в своей жизни, хотя и понимал, что скоро расстанется с новыми друзьями.

_________________
Третье тысячелетие наступило.
Увы, на те же грабли...

Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 69 ]  На страницу Пред.  1, 2, 3, 4

Часовой пояс: UTC + 4 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения

Найти:
Перейти:  
РейСРёРЅРі@Mail.ru
Создать форум

cron
Powered by Forumenko © 2006–2014
Русская поддержка phpBB